«Для молодых покупателей бренд больше не является гарантией смысла... На первый план теперь выходят: визуальный эффект ("выглядит ок"), соответствие текущему вайбу и контексту, цена/частота обновления, отсутствие ощущения "переплаты за воздух"», — говорит Алена Королева, серийный предприниматель и бизнес-тренер.
Родион Чепалов, психолог, объясняет это сдвигом в психологии желания: «Желание смещается с объекта на ощущение. Молодой человек хочет не «обладать», а «переживать»: вайб, момент, образ в сторис. Если символ выполняет функцию, но не требует жертвы в виде больших денег, психика выбирает более экономичный путь».
«Это осознанный рационализатор. Его психологический портрет кардинально изменился. Раньше подделки стыдились, теперь это «умный выбор» в ситуации, когда оригиналы недоступны или слишком дорогие», — констатирует Александра Дробышева, генеральный директор диджитал-компании HINT.
«По данным McKinsey State of Fashion, до 40% молодых покупателей сознательно выбирают non-original items, если разница в цене превышает 2–3 раза. Это не протест и не бедность, а холодный здравый расчёт», — добавляет Алена Королева.
Ирина Кесаева описывает портрет «рационального пирата»: «Это человек, который умеет гуглить, знает, где шьется оригинал, и понимает реальную себестоимость материалов. Он проводит аудит: "цена / вероятность того, что меня раскусят / эстетическое удовольствие"».
«Инвестиции в легенду и качество не конвертируются в лояльность, потому что лояльность больше не является ценностью сама по себе», — резюмирует Родион Чепалов.
«Главное — с образом, который можно собрать из дешевых копий и локальных аналогов. Молодёжь не выбирает между оригиналами, она собирает желаемый "look" из того, что доступно», — говорит Александра Дробышева.
«Бренд конкурирует не с копией, а с вайбом. С тем, что можно собрать из маркетплейса, секонд-хендов, локальных марок и цифровых образов», — соглашается Родион Чепалов.
«Пока оригиналы дорогие, спрос на копии остается. Юридические меры могут временно закрыть каналы, но не меняют фундаментальное поведение», — считает Александра Дробышева.
«Борьба с репликами работает как тактика, но не как стратегия, потому что она не отвечает на вопрос, почему молодому покупателю больше не хочется переплачивать за оригинальность как таковую», — добавляет Елена Королева.
«Рынок действительно сегментируется: люксовые оригиналы для узких групп с ценностью оригинала и массовый рынок — гибриды, копии, локальные интерпретации», — прогнозирует Алена Королева.
«Мы увидим «Ультра-Люкс» (ручная работа, личные продажи, где копия невозможна физически) и «Экосистему копий». Традиционный средний плюс-сегмент умрет», — считает Ирина Кесаева.
«Выигрывают не те, кто защищает логотип, а те, кто предлагает опыт, который нельзя скопировать: участие, игру, соавторство, доступ к сообществу», — заключает Родион Чепалов.
«В России он острый из-за трех факторов: ухода глобальных брендов, роста цен на параллельный импорт и бурного развития локальных производителей, которые часто копируют дизайн... Хотя «бренд-слепота» — глобальный тренд, в РФ он проявился быстрее и ярче, почти как «ускоренный курс» мировой тенденции», — поясняет Александра Дробышева.